Ключевые слова: гипертоническая болезнь, карведилол, суточное мониторирование артериального давления, вариабельность ритма сердца, катехоламины

Повышение активности симпатического отдела вегетативной нервной системы (ВНС) играет важную роль в развитии и стабилизации гипертонической болезни (ГБ) [8]. Исследования чувствительности адренорецепторов при ГБ, а также экспериментальной артериальной гипертензии (АГ) у животных стали основой концепции, согласно которой переход от пограничной АГ, обусловленной прежде всего повышенным сердечным выбросом, к стадии стабильной АГ, проявляющейся преимущественно повышением периферического сопротивления сосудов, связан со снижением чувствительности постсинаптических b-адренорецепторов и повышением чувствительности a-адренорецепторов к циркулирующим катехоламинам, что приводит к усилению вазоконстрикторных влияний катехоламинов [7, 10]. Следовательно, изучение различных клинических проявлений симпатических влияний на сердечно-сосудистую систему, а также способы коррекции патологических проявлений влияния симпатоадреналовой системы у больных с АГ являются актуальными вопросами современной кардиологии.

Целью исследования явилось изучение различных аспектов вегетативного обеспечения в сердечно-сосудистой системе, содержания основных медиаторов вегетативной нервной системы (адреналина и норадреналина) в крови у больных с гипертонической болезнью, а также изменения их уровня при лечении карведилолом.

Материал и методы

Обследованы 46 больных с ГБ I–II стадии (классификация ВОЗ) со II–III степенью АГ (классификация ВОЗ/МОАГ, 1999), обоего пола, в возрасте от 33 до 62 лет (в среднем (50,3±6,8) года), с продолжительностью заболевания в среднем (6,55±0,72) года (размах от 1 до 13 лет) без клинически значимой сопутствующей патологии.

Комбинированное суточное мониторирование (СМ) артериального давления (АД) и ЭКГ проводили с помощью аппарата “СardioTens 01” (“Meditech”, Венгрия) с дальнейшим анализом полученных результатов с помощью программы “Medibase”. АД измеряли каждые 15 мин во время бодрствования (с 7.00 до 22.00) и каждые 30 мин во время сна (с 22.00 до 7.00) с условием соблюдения пациентами обычного режима. В дни проведения СМ АД и ЭКГ пациентам было предложено вести дневник, в котором отмечались характер физической активности, качество сна, описание жалоб пациентов, время и кратность приема лекарственных препаратов. В суточном профиле АД рассчитывали следующие показатели: средние значения систолического АД за сутки (САДсут), день (САДд), ночь (САДн), диастолического АД (соответственно ДАДсут, ДАДд, ДАДн); вариабельность АД (для систолического АД – ВСАДсут, ВСАДд, ВСАДн, для диастолического АД – ВДАДсут, ВДАДд, ВДАДн) как стандартное отклонение от соответствующих средних показателей АД; “нагрузку давлением” оценивали по индексу времени (ИВ) гипертензии как процент величин АД выше 140/90 мм рт. ст. днем и 120/80 мм рт. ст. ночью; суточный индекс (СИ), характеризующий суточный ритм АД, рассчитывали по формуле

соответственно для систолического и диастолического АД. Значение утреннего подъема АД оценивали по двум показателям: величине утреннего подъема АД, определяемой по разнице между максимальным и минимальным АД в период с 4.00 до 10.00, а также скорости роста АД в утренние часы (отношение величины утреннего подъема АД к времени подъема АД).

Определяли вариабельность ритма сердца (ВРС) на протяжении суток, во время бодрствования (с 7.00 до 22.00) и сна (с 22.00 до 7.00), а также отдельно с 4.00 до 10.00 [2, 3, 5]. ВРС оценивали по временным и спектральным показателям, принятым рабочей группой Европейского общества кардиологов по изучению ВРС [16]: SDNN – стандартное отклонение R-R интервалов на протяжении всей записи (SDNNсут – за сутки, SDNNд – во время бодрствования, SDNNн – во время сна), rMSSD – квадратный корень разности величин последовательных пар нормальных интервалов R-R (соответственно для периода суток, бодрствования и сна – rMSSDсут, rMSSDд и rMSSDн), pNN50 – процент нормальных интервалов R-R, различающихся более чем на 50 мс (для указанных выше периодов – pNN50сут, pNN50д и pNN50н), HRVTi (триангулярный индекс) – отношение общего числа интервалов R-R к количеству интервалов R-R с наиболее часто встречающейся длительностью (соответственно HRVTiсут, HRVTiд и HRVTiн), ТР – общая спектральная мощность (для различных периодов соответственно ТРсут, ТРд и ТРн), LF – мощность низкочастотного спектра – 0,04–0,15 Гц (соответственно LFсут, LFд и LFн), HF – мощность высокочастотного спектра – 0,04–0,15 Гц (соответственно HFсут, HFд и HFн), LF/HF – отношение симпатико-парасимпатического равновесия (соответственно LF/HFсут, LF/HFд и LF/HFн) [3].

Для оценки содержания адреналина и норадреналина в плазме крови использовали иммуноферментный набор “CatCombi Elisa” (“IBL”, Германия), с помощью которого непосредственно определяли уровень адреналина и норадреналина в сыворотке крови, в отличие от традиционно используемых ранее методов оценки обмена катехоламинов по их метаболитам в моче. По этому методу содержащиеся в плазме крови адреналин и норадреналин подвергали конверсии с помощью фермента катехол-о-метилтрансферазы к н-ацил-метанферину и н-ацил-норметанферину соответственно. Концентрацию полученных метаболитов адреналина и норадреналина определяли с помощью иммуноферментного анализа по “сэндвич”-схеме. Величину экстинции определяли с помощью планшетного фотометра “iEMS Reader MF” (“Labsystems”, Финляндия).

Все больные до начала исследования в течение как минимум 2 нед не получали систематизированного эффективного антигипертензивного лечения. В качестве терапии пациентам назначался карведилол (кориол, “KRKA”, Словения) в виде монотерапии в первоначальной суточной дозе 12,5 мг. Дозу препарата титровали до 25 мг/сут по общепринятым правилам назначения b-адреноблокаторов. Если в течение 2 нед приема карведилола в суточной дозе 25 мг не был достигнут целевой уровень АД [1], дозу препарата удваивали. Пациентам, у которых не был достигнут целевой уровень АД через 4 нед монотерапии (n=4), проводили комбинированное лечение с гидрохлоротиазидом в суточной дозе 25 мг, и из дальнейшего анализа их исключали. В группе пациентов, получавших 25 и 50 мг карведилола в сутки, результаты исследований отличались незначимо, что позволило их объединить в одну группу и в дальнейшем анализировать вместе. Таким образом, в наблюдение были включены 42 больных. Все исследования проводили до начала монотерапии карведилолом, а также через 4 нед от начала приема препарата. В качестве контроля была обследована группа из 15 практически здоровых лиц, сопоставимых по полу и возрасту с основной группой.

Статистическую обработку результатов выполняли с использованием статистического пакета программ “Statistica 5.1”. Исследуемые величины представлены в таком виде: среднее значение ± стандартная ошибка средней величины (M±m). Достоверными считали различия при Р<0,05, которые определяли с помощью t-критерия Стьюдента.

Результаты и их обсуждение

Включенные в исследование пациенты до начала антигипертензивной терапии имели достоверно более высокие значения параметров СМ АД по сравнению с практически здоровыми лицами (табл. 1). САДсут было выше в среднем на 33,14 %, соответственно ДАДсут – на 14,78 % (Р<0,05). Различия для САД в дневное и ночное время составили соответственно 29,02 и 34,81 %, для ДАД – 13,81 и 17,75 % (Р<0,05). Следовательно, у обследуемых пациентов в большей мере было повышено САД и преимущественно в ночное время. Об этом свидетельствуют выявляемые при анализе “нагрузки давлением” более высокие значения ИВ гипертензии в ночные часы по сравнению с дневным периодом (для САД – соответственно 74,25 и 66,31 % и для ДАД – 70,21 и 57,28 %), ИВ гипертензии в дневное и ночное время был выше у пациентов с ГБ по сравнению с контрольной группой: соответственно для САД – в среднем в 6,11 и 35,94 раза, для ДАД – в 6,69 и 36,15 раза (Р<0,05). Вариабельность САД у больных с ГБ была достоверно выше, чем у практически здоровых лиц на 61,81 % в дневной период и 30,84 % в ночной период суток, в то время, как вариабельность ДАД, как днем, так и ночью, у больных и здоровых лиц достоверно не отличалась. СИ в среднем в группах пациентов и практически здоровых лиц достоверно не отличался. В группе больных с ГБ основную часть составили пациенты с кривой типа “dipper” – 30 больных, 7 пациентов – “non-dipper” (СИ меньше 10 %), 3 – “night-peaker” (СИ приобретает отрицательное значение), 2 пациента – “over-dipper” (СИ больше 20 %). Частота сокращений сердца (ЧСС) в основной и контрольной группах достоверно не отличалась. Величина утреннего подъема САД у больных с ГБ была достоверно выше и превышала соответствующий показатель контрольной группы в среднем на 46,81 %, а ДАД – на 38,94 %. Скорость утреннего подъема САД и ДАД была также больше в группе больных с ГБ в среднем соответственно на 69,25 и 79,84 % по сравнению с контрольной группой.

Таблица 1 Влияние карведилола на показатели суточного профиля артериального давления у больных с гипертонической болезнью

Примечание. Различия показателей достоверны по сравнению с таковыми: * – до лечения; ° – в контрольной группе (Р<0,05). То же на рисунке и в табл. 2.

У обследованных пациентов с ГБ в среднем по группе отмечали исходно повышенное преобладание тонуса симпатической нервной системы, что сопровождалось снижением показателей ВРС (табл. 2). Так, значение SDNN, характеризующее суммарную ВРС, у больных с ГБ было в среднем за сутки на 24,93 % ниже, чем в контрольной группе, в период бодрствования – на 28,09 %, в период сна – на 31,88 % (Р<0,05). В утреннее время показатель SDNN у больных с ГБ составил (37,11±2,16), что было достоверно (Р<0,05) ниже, чем у практически здоровых лиц на 31,43 %. Более точный показатель, характеризующий межинтервальные различия ритма сердца – rMSSDсут – был на 48,42 % ниже у больных с ГБ по сравнению с контрольной группой, соответственно rMSSDд – на 52,85 %, rMSSDн – на 56,79 %. В период с 4 до 10 ч утра у больных с ГБ данный показатель был ниже в среднем на 51,56 % по сравнению с контрольной группой и составил в среднем по группе (14,08±1,01) мс. Среднее значение pNN50сут у больных с ГБ было ниже на 65,05 %, pNN50д – на 45,99 % и pNN50н – на 67,3 % по сравнению с соответствующими показателями у лиц контрольной группы (Р<0,05). В утренние часы pNN50 у больных с ГБ составил 53,03 % от среднего значения контрольной группы. У пациентов с ГБ отмечено достоверное снижение общей спектральной мощности в среднем на 17,38 % за весь период исследо вания, а также на 23,89 % – в дневное, на 26,95 % – в ночное время и на 27,92 % – в утренние часы (Р<0,05). Показатель HFсут, отражающий влияние парасимпатического отдела ВНС на сердечную деятельность, был ниже (Р<0,05) в среднем на 26,53 % по сравнению с практически здоровыми лицами, соответственно HFд – на 12,55 %, HFн – на 38,14 %, в период суток с 4 до 10 ч утра HF у больных с ГБ был ниже на 38,01 % и составил в среднем (257±59) мс2. В противоположность этому была выше мощность спектра низких частот за сутки (LFсут), суммирующая симпатические влияния на ритм сердца, в среднем на 21,68 %, в период сна – на 16,27 % (Р<0,05). У больных с ГБ параллельно этому было отмечено смещение симпатико-парасимпатического баланса в сторону симпатического отдела ВНС, величина LF/HFсут была выше по сравнению со здоровыми лицами в среднем на 61,59 %, соответственно LF/HFд – на 44,88 %, LF/HFн – на 79,88 % (Р<0,05). Наиболее выраженное увеличение отношения LF/HF у больных с ГБ отмечено в утренние часы, когда оно составило в среднем по группе (3,32±0,18), превышая соответствующий показатель контрольной группы в среднем на 84,44 % (Р<0,05). Таким образом, у пациентов с ГБ в ночное время и, особен но, в утренние часы отмечено значительное преобладание тонуса симпатического отдела ВНС.

Таблица 2 Влияние карведилола на показатели вариабельности ритма сердца у больных с гипертонической болезнью

 
У больных с ГБ отмечена сильная корреляционная зависимость между скоростью утреннего подъема АД и показателями анализа ВРС в период с 4 до 10 ч утра (rMSSD, pNN50, HF, LF/HF), когда коэффициент корреляции составил соответственно -0,52, -0,61, -0,58 и 0,77 для САД и -0,46, -0,51, -0,48 и 0,64 для ДАД.

Уровень катехоламинов в плазме крови у больных c ГБ достоверно превышал соответствующие значения контрольной группы (рисунок). Так, уровень норадреналина у больных с ГБ составил (1,09±0,08) нг/мл, что было на 127,08 % выше (Р<0,05), чем у практически здоровых лиц – (0,48±0,04) нг/мл; уровень адреналина у пациентов с ГБ в среднем равнялся (0,40±0,03) нг/мл, то есть на 208,69 % выше (Р<0,05), чем в контрольной группе – (0,13±0,01) нг/мл.

Рисунок. Влияние карведилола на содержание катехоламинов в плазме крови у больных с гипертонической болезнью.

Таким образом, у больных с ГБ отмечали смещение баланса вегетативного обеспечения в сердечно-сосудистой системе в сторону преобладания влияний симпатического отдела ВНС. Это обусловлено увеличением плазменного пула адреналина и норадреналина, что в дальнейшем реализуется в симпатическую гиперактивность и обусловливает патологическую динамику суточного профиля АД.

Полученные нами данные соотносятся также с данными, приведенными в литературе. Так, повышенная активность симпатического отдела ВНС была отмечена как на различных моделях АГ на лабораторных животных [15], так и у больных с ГБ [12], а также у лиц с нормальным АД с наследственной отягощенностью по ГБ [17], с ожирением как при нормальном, так и повышенном АД [9], причем с увеличением степени АГ симпатическая активность нарастает [13]. В одной из немногих доступных экспериментальных работ S. Julius и соавторы [11] показали, что у больных с пограничной АГ при внутривенном введении пропранолола наблюдается снижение исходно повышенной ЧСС в покое в большей степени, чем исходно более низких значений ЧСС у пациентов с нормальным АД. А после введения атропина повышение ЧСС у лиц с повышенным АД было меньшим, чем у здоровых добровольцев, что свидетельствует об угнетении парасимпатического влияния на сердечную деятельность на фоне увеличения симпатической активности, то есть о вегетативном дисбалансе при развитии АГ. Указанные выше изменения вегетативного обеспечения в сердечно-сосудистой системе обусловлены изменением метаболизма катехоламинов у больных с ГБ. Хотя данные авторов о содержании катехоламинов в плазме крови у лиц с нормальным и повышенным АД довольно противоречивы, данные метаанализа большинства проведенных исследований [8] показали достоверно более высокое содержание норадреналина в плазме крови у пациентов с АГ, чем у добровольцев без повышения АД.

Наиболее актуальной проблемой является исследование механизмов активации симпатического отдела ВНС у больных с ГБ. На сегодняшний день окончательно не определены точки взаимодействия основных патофизиологических механизмов, обусловливающих формирование АГ, и, как следствие этого, нарушение вегетативного баланса у больных с ГБ. Но с целью интерпретации полученных нами фактов приведем данные литературы. Активность симпатического отдела ВНС во многом зависит от концентрации в плазме крови циркулирующего ангиотензина II, который способствует выходу норадреналина из адренергических окончаний и усиливает реактивность адренергических рецепторов к соответствующим стимулам [14]. Немаловажное значение отводят влиянию симпатической активности на барорефлексы, вовлеченные в регуляцию АД, так как способность барорецепторов модулировать парасимпатические влияния при длительном повышении АД нарушается уже на ранних стадиях АГ и прогрессивно снижается при увеличении степени АГ [13].

Современная стратегия лечения больных с ГБ не ограничивается “антигипертензивным” подходом к назначаемой терапии. Используемые препараты, помимо эффективной коррекции АГ, должны обладать также способностью влиять на различные звенья патологического процесса с целью обеспечения наибольшей защиты органов. Бетаадреноблокаторы являются одними из широко используемых препаратов, применяемых в терапии больных с ГБ. Если рассматривать эволюцию этой группы препаратов, начиная с введения в клиническую практику пропранолола и заканчивая современными b-адреноблокаторами, видно, что все усилия фармакологов были направлены на повышение селективности препаратов. Вместе с тем, как мы отмечали раньше, вегетативная дисфункция у больных с ГБ не обусловлена лишь эффектами, связанными с b1-адренорецепторами. Поэтому для коррекции комплекса патофизиологических нарушений, лежащих в основе формирования вегетативной дисфункции у больных с ГБ, нами был избран именно карведилол. Этот препарат можно охарактеризовать как нейрогуморальный модулятор, так как ему присущи свойства b1-, b2- и
a1-адреноблокатора с выраженными антиоксидантными свойствами [4, 6].

Во время лечения карведилолом отмечено достоверное (Р<0,05) снижение средних значений АД в целом за сутки (см. табл. 1), а также в дневной и ночной периоды. САДсут снизилось на 15,93 %, САДд – на 14,86 %, САДн – на 16,08 %, ДАД снизилось соответственно на 8,10; 8,66 и 10,45 %. Отмечено достоверное (Р<0,05) снижение вариабельности САДд в среднем на 25,54 %. ИВ гипертензии был достоверно (Р<0,05) снижен в среднем на 34,81 % для САДд, на 22,80 % для САДн, на 33,19 и 24,17 % соответственно для ДАДд и ДАДн. Таким образом, карведилол способствует в большей мере снижению АД в активный период суток у больных с ГБ, тогда как снижение ЧСС как в дневное, так и ночное время было недостоверным.

Терапия карведилолом привела к нормализации двухфазного суточного профиля АД у 2 больных с недостаточным снижением ночного АД и 2 пациентов с ночной гипертензией. Величина утреннего подъема АД в группе пациентов достоверно (Р<0,05) снизилась на 29,08 % для САД и 26,91 % – для ДАД. Скорость утреннего подъема АД также достоверно (Р<0,05) была снижена у лиц, принимавших карведилол, в среднем на 20,69 % для САД и на 23,36 % – для ДАД.

После курса терапии карведилолом отмечено достоверное (Р<0,05) повышение SDNNсут в среднем на 18,4 %, SDNNд – на 24,15 %, SDNN в утреннее время на 16,09 % (см. табл. 2). Также наблюдали достоверное (Р<0,05) увеличение pNN50сут на 70,71 %, pNN50 в период с 4 до 10 ч утра – на 45,09 %. Параллельно с этим уменьшалась мощность спектра в области низких частот в среднем на 11,51 % за весь период суток, а также на 13,19 % – во время бодрствования и на 17,67 % – во время сна, Р<0,05. Симпатико-парасимпатический баланс у большинства обследованных пациентов нормализовался, так как соотношение LF/HFсут снизилось в среднем на 21,52 %, LF/HFд – на 20,58 %, LF/HFн – на 31,07 % (Р<0,05). Максимальное изменение показателя LF/HF отмечено в утренние часы (в среднем на 36,74 %, Р<0,05). Активность парасимпатического отдела ВНС увеличивалась в ночное время и ранние утренние часы, что подтверждается достоверным повышением мощности спектра высоких частот в период сна в среднем на 19,43 % и утром на 55,21 %, а также увеличением значения показателя rMSSDн в среднем на 36,16 %, в утренние часы – на 21,66 % (Р<0,05).

Применение карведилола у больных с ГБ способствовало существенному снижению уровня катехоламинов в плазме крови (см. рисунок). Так, уровень норадреналина снизился в среднем на 25,69 % (до (0,81±0,06) нг/мл). Еще более выраженным было снижение уровня адреналина в плазме крови – на 30,01%, (до (0,28±0,02) нг/мл Р<0,05).

Терапия карведилолом у пациентов с ГБ в течение 1 мес способствовала однонаправленным изменениям параметров суточного профиля АД, ВРС, а также содержания катехоламинов в плазме крови. Прослеживается взаимосвязь между снижением АД, вариабельности АД, уменьшением “нагрузки давлением”, снижением параметров утреннего подъема АД со снижением содержания адреналина и норадреналина в плазме крови, уменьшением симпатического и повышением парасимпатического влияний ВНС на сердечную деятельность.

Таким образом, использование в терапии больных с ГБ карведилола позволяет не только эффективно контролировать повышение АД, но и нормализовать проявления вегетативной дисфункции с достоверным влиянием на основные патофизиологические механизмы ее формирования, такие как метаболизм катехоламинов. Это и определяет целесообразность его применения у данной категории пациентов.

Выводы

1. У больных с гипертонической болезнью выявлено нарушение параметров суточного профиля артериального давления, что проявлялось повышенными среднесуточными значениями параметров артериального давления, достоверно бо лее высокой вариабельностью артериального давления, повышенной “нагрузкой давлением”, а также более высокими показателями, характеризующими утренний подъем артериального давления.
2. У пациентов с гипертонической болезнью отмечено повышение активности симпатоадреналовой системы, что проявлялось изменением временных и частотных показателей вариабельности ритма сердца, а также увеличением содержания адреналина и норадреналина в плазме крови у данной категории пациентов.
3. У обследованных пациентов отмечено однонаправленное изменение параметров суточного профиля артериального давления и повышение активности симпатического отдела вегетативной нервной системы.
4. Монотерапия карведилолом в течение 4 нед у больных с гипертонической болезнью способствовала существенному улучшению параметров суточного профиля артериального давления.
5. Прием карведилола на протяжении 4 нед у больных с гипертонической болезнью способствовал достоверному снижению влияния симпатического отдела вегетативной нервной системы на сердечную деятельность, что проявлялось улучшением параметров вариабельности ритма сердца и снижением содержания адреналина и норадреналина в плазме крови.

1. Бобров В.О., Жарінов О.Й. Стандарти лікування артеріальної гіпертензії на основі досягнень “доказової медицини”: узгоджені та суперечливі позиції // Укр. кардіол. журн. – 2001. – № 3 (Додаток) – С. 6-14.
2. Жарінов О.Й., Черняка-Ройко У.П., Заремба Є.Ф., Сороківський М.С. Діагностичне значення оцінки варіабельності ритму серця у хворих з гострим інфарктом міокарда // Укр. кардіол. журн. – 2003. – № 3. – С. 104-111.
3. Коркушко О.В., Писарук А.В., Лишневская В.Ю. Возрастные и патологические изменения суточной вариабельности сердечного ритма // Вестн. аритмологии. – 1999. – № 14. – С. 30-33.
4. Abreu R.M. , Santos D.J., Moreno A.J. Effects of сarvedilol and its analog BM-910228 on mitochondrial function and oxidative stress // Mol. Pharmacology. – 2000. – Vol. 295. – Р. 1022-1030.
5. Akselrod S. Components of heart rate variability. Basic studies // Heart rate variability / Eds M. Malik, A.J. Camm. – Armonk–N. Y.: Futura Publishing Company Inc., 1995. – P. 147-163.
6. Azevedo E.R., Kubo T., Mak S. et al. Nonselective versus selective b-adrenergic receptor blockade in congestive heart failure. Differential effects on sympathetic activity // Circulation. – 2001. – Vol. 104. – P. 2194-2197.
7. Bertel O., Buhler F.R., Kiowski W., Lutold B.E. Decreased beta-adrenoreceptor responsiveness as related to age, blood pressure and plasma catecholamines in patients with essential hypertension // Hypertension. – 1980. – Vol. 2. – P. 130-138.
8. Goldstein D.S. Plasma catecholamines and essential hypertension: an analytical review // Hypertension. – 1983. – Vol. 5. – P. 86-99.
9. Grassi G., Cattaneo B.M., Seravalle G. et al. Baroreflex control of sympathetic nerve activity in essential and secondary hypertension // Hypertension. – 1998. – Vol. 31. – P. 68-72.
10. Grassi G., Turri C., Dell’Oro R. et al. Sympathetic and reflex abnormalities in obesity-related hypertension // J. Hypertension. – 1999. – Vol. 17 (Suppl. 3). – P. 14-15.
11. Julius S., Pasqual A.V., London R. Role of parasympathetic inhibition in the hypokinetic type of borderline hypertension // Circulation. – 1971. – Vol. 44. – P. 413-418.
12. Mancia G., Folkow B. Lecture: the sympathetic nervous system in hypertension // J. Hypertension. – 1997. – Vol. 15. – P. 1553-1565.
13. Mancia G., Grassi G., Ferrari A.U. Reflex control of the circulation in experimental and human hypertension. – Amsterdam: Elsevier Science, 1997. – P. 568-601.
14. Mancia G., Saino A., Grassi G. Interactions between the sympathetic nervous system and renin-angiotensin system // Hypertension: pathophysiology, diagnosis and management / Eds. J.H. Laragh, B.M. Brenner. – N. Y.: Raven Press, 1995. – P. 399-407.
15. Mark A.L. The sympathetic nervous system in hypertension: a potential long-term regulator of arterial pressure // J. Hypertension. – 1996. – Vol. 14 (Suppl. 5). – P. 159-165.
16. Standarts of measurement, physiological interpretation and clinical use. Task Force of the European Society of Cardiology and the North American Society of Pacing and Electrophysiology // Eur. Heart J. – 1996. – Vol. 17. – P. 354-381.
17. Yamada Y., Miyajima E., Tochikubo O. et al. Impaired baroreflex changes in muscle sympathetic nerve activity in adolescents who have a family history of essential hypertension // J. Hypertension. – 1988. – Vol. 6 (Suppl. 4). – P. 526-528.

Correction of sympathoadrenal dysfunction in patients with arterial hypertension: potential opportunities of carvedilol

S.N. Polyvoda, A.A. Cherepok, A.O. Solovyuk

Efficacy of carvedilol in correction of raised sympathoadrenal activity in patients with arterial hypertension was determined. 42 patients with arterial hypertension of I–II stages were examined by methods of ambulatory monitoring of blood pressure, Holter ECG monitoring with analysis of heart rate variability in different daily periods and also immediate definition of catecholamines in serum before and 4 weeks after treatment with carvedilol. In patients with arterial hypertension we revealed violation of blood pressure daily profile, heart rate variability and rising of serum catecholamines levels. These changes had unidirectional character. Therapy with carvedilol during 4 weeks promoted normalization of blood pressure daily profile, decreased serum levels of epinephrine and norepinephrine and reduced heart rate variability in patients with arterial hypertension. This allows to use carvedilol in given person’s category for correction of raised sympathoadrenal activity.