Ключевые слова: артериальная гипертензия, метаболический синдром, периндоприл, индапамид

Несмотря на значительные успехи в лечении больных с артериальной гипертензией (АГ), достижение целевых уровней артериального давления (АД) нередко сопряжено с большими трудностями. К числу основных причин неадекватного контроля АД относят недостаточную эффективность монотерапии, низкую приверженность больных к лечению и запоздалую коррекцию доз антигипертензивных препаратов. В то же время известно, что достижение целевых уровней АД в популяции ниже 140/90 мм рт. ст. может значительно уменьшить риск развития инсульта, острых форм ишемической болезни сердца, хронической почечной и застойной сердечной недостаточности, а значит, снизить уровень смертности от сердечно-сосудистых заболеваний [18].

Среди больных с АГ распространенность нарушений углеводного обмена – клинически выраженного сахарного диабета (СД) и нарушенной толерантности к глюкозе – в 2–3 раза выше, чем среди пациентов с нормальным АД. Сочетание этих патологий удваивает риск развития инфарктов, инсультов, нефропатий, диабетических макро- и микроангиопатий [11]. Согласно рекомендациям Европейского общества по артериальной гипертензии (2003) и Украинского общества кардиологов (2004) по диагностике и лечению АГ при СД установлены более низкие целевые уровни АД. В последнее время особое внимание уделяют больным с метаболическим синдромом (МС), с целью выявления и терапевтического воздействия на популяцию пациентов с высоким риском, учитывая новый взгляд на МС в свете Консенсуса Международной диабетической федерации (МДФ) в 2005 г. [3]. Принципиально новой позицией было утверждение абдоминального ожирения в качестве основного критерия диагностики МС со снижением диагностических пороговых значений целого ряда факторов риска (ожирения, АГ, дислипидемии и гипергликемии) [1, 2, 4, 18].

Данные изменения привели к значительному расширению выявления МС в популяции. В связи с этим повышается актуальность адекватного назначения антигипертензивной терапии и достижения целевых уровней АД у больных с МС, рекомендованных МДФ (130/85 мм рт. ст.), так как органопротекторный эффект нормализации АД позволяет на 51 % уменьшить количество основных сердечно-сосудистых событий, в то время как липидоснижающая и противодиабетическая терапия позволяет снизить их лишь соответственно на 36 и 16 % [5, 10]. Следует отметить гендерные особенности в формировании МС и его преобладание у женщин старших возрастных групп, особенно когда к широкому спектру факторов риска у женщин присоединяется формирование дисфункции эндотелия, возникающей на почве перименопаузальных изменений. Принимая во внимание недостатки в лечении сердечно-сосудистых заболеваний у женщин и преобладание их в структуре причин смертности у женщин европейской популяции (55 % по сравнению с 43 % у мужчин), в 2005 г. на ежегодном конгрессе Европейского общества кардиологов была представлена программа “Women at heart”, призванная акцентировать усилия национальных обществ кардиологов на поисках путей решения данной проблемы.

Доказано, что женские половые гормоны участвуют в регуляции сосудистого тонуса, а дефицит эстрогенов и прогестерона может способствовать формированию АГ в период половой инволюции, причем нередко начало заболевания совпадает с перименопаузой (периодом, совпадающим с началом гормональной недостаточности и включающим также год после наступления менопаузы), то есть с началом стремительного снижения уровней половыхгормонов в женском организме [3, 9]. АГ в период перименопаузы характеризуется высоким сосудистым тонусом, повышенной солечувствительностью, большой распространенностью МС и ранним поражением органов-мишеней [15], что необходимо учитывать при выборе антигипертензивной терапии. Установлено, что в наибольшей степени увеличивается систолическое АД (САД), как офисное, так и среднесуточное, наряду с недостаточным снижением систолического и диастолического АД (ДАД) в ночное время по данным суточного мониторирования [13].

Выделяют также тесно связанные с уровнем половых гормонов гендерные особенности распределения в организме морфологического субстрата основного критерия МС – жировой ткани, и описана трансформация “гиноидного” типа ожирения в “андроидный” у женщин в период перименопаузы [17]. При этом жировую ткань рассматривают как гормон-индуцирующую, а лептину, секретирующемуся жировыми клетками, отводится ведущая роль в формировании ожирения [9]. Основными эффектами лептина являются: повышение печеночного глюкогенолиза и захвата глюкозы скелетными мышцами, повышение липолиза и уменьшение содержания в крови триглицеридов в жировой ткани, усиление термогенеза, стимуляция центральной нервной системы, уменьшение содержания триглицеридов в печени, скелетных мышцах и поджелудочной железе без повышения неэстерифицированных жирных кислот в плазме. По современным представлениям, лептин подает сигнал в гипоталамус через активацию специфического лептинового рецептора, что проявляется уменьшением потребления пищи и увеличением расхода энергии. Вместе с тем, высказано предположение об угнетении синтеза лептина под воздействием относительной гиперандрогенемии, которая появляется в период перименопаузы, а значит, о предпосылке для “ускользания” от предупреждающего развитие ожирения эффекта лептина, что может привести к дополнительному прогрессированию массы тела в период постменопаузы, дополнительному увеличению объема циркулирующей крови, общего периферического сопротивления сосудов, а следовательно, дальнейшей манифестации АГ [15].

Решение проблемы снижения АД путем монотерапии ведет к эффективному контролю уровня АД лишь у 40–50 % больных [7], что обусловлено множеством патогенетических процессов, участвующих в развитии АГ. При монотерапии нередко включаются контррегуляторные механизмы, препятствующие эффективной коррекции АД. Кроме того, длядостижения целевого уровня АД с помощью монотерапии, как правило, требуется применение высоких доз препарата, а это увеличивает вероятность возникновения побочных эффектов. Все это обусловливает низкую приверженность больных к лечению антигипертензивными средствами. В то же время, синергизм эффектов, благодаря комбинации антигипертензивных препаратов позволяет достигнуть усиления антигипертензивного эффекта с использованием более низких доз лекарств [6, 8].

В соответствии с рекомендациями Европейского общества по артериальной гипертензии (2003) лечение больных с мягкой и умеренной АГ целесообразно начинать с монотерапии либо использовать комбинацию низких доз антигипертензивных препаратов [14]. Комбинированная антигипертензивная терапия имеет целый ряд преимуществ. Прежде всего, при назначении рациональных комбинаций происходит не механическое сложение эффективности назначаемых совместно препаратов, а потенцирование их действия [12]. Это обусловлено тем, что различные классы антигипертензивных лекарственных средств действуют на различные звенья патогенеза АГ, дополняя эффект друг друга. Рациональная комбинированная терапия приводит к компенсации контррегуляторных механизмов, которые запускаются на начальном этапе назначения антигипертензивных препаратов [16]. Еще одним достоинством комбинированной антигипертензивной терапии является уменьшение количества побочных эффектов, а следовательно, повышение безопасности лечения при сохраняющемся стойком антигипертензивном эффекте. У больных в период постменопаузы доказана высокая эффективность сочетания диуретиков с ингибитором ангиотензинпревращающего фермента (АПФ). В какой-то степени это обусловлено вышеуказанными солечувствительностью, а также высоким уровнем общего периферического сопротивления сосудов, свойственным женщинам с гипертонической болезнью (ГБ), на фоне избыточной массы тела в период половой инволюции [1, 3] и воздействием на основные патофизиологические механизмы гипертензии: натрий-объемзависимый и регулирующий состояние ренин-ангиотензин-альдостероновой системы. Примером низкодозовой фиксированной комбинации антигипертензивных препаратов является комбинация периндоприла (2 мг) и индапамида (0,625 мг).

Принимая во внимание тот факт, что МС у женщин старших возрастных групп выходит на первое место среди причин, обусловливающих рост сердечно-сосудистой заболеваемости и смертности, в отделе дислипидемий Института кардиологии им. Н.Д. Стражеска предпринята попытка проанализировать эффективность комбинации периндоприла (2 мг) и индапамида (0,625 мг) у мужчин и женщин с мягкой и умеренной АГ на фоне МС на протяжении 3 мес.

Целью исследования было изучение антигипертензивного эффекта препарата у больных с артериальной гипертензией на фоне сахарного диабета 2-го типа и нарушенной толерантности к глюкозе с учетом анализа суточного профиля артериального давления до и после курсовой терапии в сопоставлении с анализом характеристик степени ожирения, уровней лептина и состояния углеводного обмена.

Материал и методы

В исследование были включены 30 пациентов с мягкой и умеренной АГ на фоне МС (17 женщин и 13 мужчин), которые составили четыре клинические группы. В 1-ю группу вошли 8 женщин (в возрасте в среднем (53,1±2,7) года) с ГБ II стадии, ожирением I–II степени и сопутствующим СД. Во 2-ю группу вошли 9 женщин ((49,9±1,7) года) с ГБ II стадии, ожирением I–II степени и нарушенной толерантностью к глюкозе (НТГ). В 3-ю группу вошли 6 мужчин ((52,1±2,3) года) с ГБ II стадии, ожирением I–II степени и сопутствующим СД. 4-ю группу составили 7 мужчин ((50,1±1,9) года) с ГБ II стадии, ожирением I–II степени и НТГ.

Группы сравнения мужчин и женщин были сопоставимы по степени ожирения: средний индекс массы тела (ИМТ) у пациентов 1-й и 3-й групп (с ГБ, ожирением и СД) составил (32,5±1,6) и (33,5±0,5) кг/м2, у пациентов 2-й и 4-й групп (с ГБ, ожирением и НТГ) – (35,8±1,1) и (36,0±0,6) кг/м2. В 1-й группе у 7 женщин констатировали период постменопаузы, у 1 – пременопаузы; во 2-й группе у 2 женщин – период постменопаузы, у 7 – пременопаузы. У 7 пациентов (3 женщин и 4 мужчин) ГБ сочеталась с ишемической болезнью сердца (ИБС), стабильной стенокардией напряжения I–II функционального класса. В течение 3 мес в качестве антигипертензивного лечения пациенты принимали монотерапию фиксированной низкодозовой комбинацией периндоприла (2 мг) и индапамида (0,625 мг) (нолипрел, “Servier”, Франция) в индивидуально подобранных дозах. Стартовую дозу через 7–10 сут корригировали при отсутствии достижения к данному моменту целевых уровней АД. Авторы были осведомлены о возможном максимальном увеличении эффекта принимаемой дозы комбинированного препарата через 1 мес терапии, однако поскольку время, отведенное для исследования, было ограничено, были выбраны более краткие сроки для коррекции лечения. В соответствии с Рекомендациями Европейского общества кардиологов (2003) и Украинского общества кардиологов (2004) целевыми считали уровни АД меньше 130/80 мм рт. ст. для больных с СД и меньше 130/85 мм рт. ст. для пациентов с НТГ. За 3 сут до назначения терапии пациентам отменяли все антигипертензивные препараты.

Средняя доза фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла (2 мг) и индапамида (0,625 мг) в группах составила: в 1-й группе – (1,4±0,2) таблетки в сутки; во 2-й группе – (1,2±0,1); в 3-й группе – (1,3±0,2); в 4-й – (1,1±0,1). Таким образом, между группами не было достоверных различий в принимавшихся дозах лекарственного вещества (Р>0,05). У большинства (73 %) пациентов эффективный контроль АД достигался и поддерживался при применении комбинированного препарата по 1 таблетке в сутки, и лишь у небольшой части была необходимость увеличить дозу до 2 таблеток в сутки. Первые 10–14 сут наблюдение проводили в условиях стационара, последующие 3 мес больные принимали препарат амбулаторно.

Пациентов с повышенной чувствительностью к каждому из компонентов препарата, декомпенсированной сердечной недостаточностью (II функционального класса и выше согласно классификации Нью-Йоркской ассоциации серца), ангионевротическим отеком в анамнезе при применении ингибиторов АПФ, бронхиальной астмой, инфекционными и онкологическими заболеваниями в исследование не включали.

Пациентам проводили общеклиническое обследование, измеряли уровни глюкозы и инсулина крови натощак, уровень глюкозы в гликемическом профиле, определяли липидный спектр крови, уровни лептина в крови иммуноферментным методом, проводили суточное мониторирование АД, электрокардиографию, велоэргометрию для верификации ИБС, двухмерную эхокардиографию. Инсулинорезистентность определяли с помощью НОМА-индекса. Данный показатель рассчитывали по формуле:

НОМА-индекс = уровень инсулина натощак (МЕ/мл) ґ глюкоза крови натощак (ммоль/л) / 22,5.

При НОМА-индексе выше 3 усл. ед. диагностировали инсулинорезистентность. Мониторирование АД проводили в течение 48 ч с помощью аппарата “АВРМ-04” (“Meditech”, Венгрия) каждые 15 мин в дневное (6.00–22.00) и каждые 30 мин в ночное (22.00–6.00) время. Были проанализированы такие показатели АД, как среднее дневное (САДд, ДАДд), среднее ночное (САДн, ДАДн), суточные индексы (СИ САД, СИ ДАД) и среднесуточные параметрычастоты сокращений сердца (ЧСС). Исследования проводили до и после 3 мес монотерапии фиксированной низкодозовой комбинацией. На фоне выполнения диетических рекомендаций существенной динамики массы тела за 3 мес не было отмечено. Коррекции противодиабетической терапии за время обследования не проводилось. Статистический анализ выполнен с использованием пакета прикладных программ Microsoft Excel for Windows XP.

Результаты и их обсуждение

Через 3 мес лечения было отмечено выраженное антигипертензивное действие фиксированной комбинации периндоприла и индапамида во всех четырех группах обследованных, которое оценивали как при повторном определении офисного АД, так и при повторном суточном мониторировании АД. Наблюдали достоверное (P<0,01) снижение среднего офисного АД у всех пациентов после 3 мес терапии с (153,9±3,0)/(95,3±2,3) до (127,7± 2,9)/(82,1±1,4) мм рт. ст.: в 1-й группе – со (156,8±3,7)/(96,7±1,0) до (128,8±3,2)/ (82,3±1,2) мм рт. ст.; во 2-й группе – с (151,2±2,4)/(95,8±2,6) до (124,9±3,7)/(80,6±1,1) мм рт. ст.; в 3-й группе – с (157,4±3,1)/(94,3±3,1) до (130,1±2,3)/(83,0±1,2) мм рт. ст.; в 4-й группе – с (150,3±2,7)/(94,2±2,6) до (126,8±2,4)/(82,4±2,0) мм рт. ст.

Вместе с тем, достижение целевых уровней офисного САД (ниже 130 мм рт. ст.) наблюдали практически у всех пациентов, в то время как целевых уровней ДАД (ниже 80 мм рт. ст.) у больных с более тяжелыми клиническими характеристиками (1-й и 3-й групп) не достигли, хотя отличия этих показателей от целевых были минимальными и составили соответственно 2 и 3 мм рт. ст. У обследованных 2-й и 4-й групп уровни ДАД снизились до целевых (ниже 85 мм рт. ст.).

По результатам мониторирования АД в течение 48 ч (табл. 1 и 2) препарат эффективно снижал уровень САД как в дневное, так и в ночное время, однако эффективность его была значительно выше у женщин при равных критериях включения в группы сравнения. Так, уровень САДд у женщин (в 1-й и 2-й группах) снизился за 3 мес соответственно на 14,2 и 17,3 %, в то время как у мужчин (в 3-й и 4-й группах) – только на 9,6 и 11,0 %. Показатели САДн снизились в группах женщин соответственно на 15,1 и 20,0 %, в то время как в группах мужчин – толькона 3,1 и 0,9 %. По результатам анализа изменений ДАД в дневное и ночное время также прослеживается большая эффективность применения в течение 3 мес фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида у женщин: в 1-й и 2-й группах отмечено снижение ДАДд соответственно на 12,6 и 13,2 %, в то время как у мужчин, в 3-й и 4-й группах, данный параметр снизился соответственно на 6,7 и 6,8 %. Снижение ДАДн у женщин составило соответственно 9,3 и 13,8 %, у мужчин – соответственно только 4,7 и 2,4 %.

Таблица 1 Динамика показателей суточного мониторирования артериального давления у женщин с метаболическим синдромом под влиянием фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида

Примечание. * – различия показателей достоверны по сравнению с таковыми до лечения (P<0,01). То же в табл. 2.

Таблица 2 Динамика показателей суточного мониторирования артериального давления у мужчин с метаболическим синдромом под влиянием фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида

 
Наряду с выявленными отличиями изменения гемодинамических показателей под влиянием терапии фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида в течение 3 мес у обследованных мужчин и женщин, свидетельствующими о большей “податливости” женского контингента больных с МС в ответ на прием данного препарата, установлен также и ряд общих закономерностей. Так, уровни САДд в обеих группах больных с ГБ, ожирением и СД (1-й и 3-й) независимо от пола пациентов не достигли целевых (ниже 130 мм рт. ст.), хотя их отличия от целевых были не столь существенны – 6,2 и 8,7 мм рт. ст. Напротив, показатели САДд у более легкого контингента пациентов – с ГБ, ожирением и НТГ (2-й и 4-й групп) – после 3 мес терапии достигли целевых параметров независимо от пола. Аналогично, наряду со значительным снижением, не достигли целевых уровней и показатели ДАДд и ДАДн (ниже 80 мм рт. ст.) у больных 1-й и 3-й групп, в то время как у пациентов 3-й и 4-й групп после 3 мес терапии отмечали снижение этих параметров до целевых уровней независимо от пола.

Следовательно, антигипертензивная терапия, подобранная индивидуально в течение первых 7–10 сут у более тяжелого контингента больных (пациентов с СД), требует более тщательного врачебного контроля, чем у пациентов без клинических проявлений СД, и возможной коррекции индивидуальной дозы чаще, чем раз в 3 мес. Патофизиологической основой для этого может быть дестабилизация углеводного обмена, выявленная нами при анализе уровней глюкозы, инсулина и индекса-НОМА в группах сравнения.

Недостаточное снижение ночного АД, как известно, тесно коррелирует с выраженностью поражений органов, а относительный риск возникновения смерти от сердечно-сосудистых заболеваний у больных с суточным профилем АД “non-dipper” составлял 6,2 по сравнению с 3,7 у пациентов с нормальным профилем. К концу наблюдения было отмечено положительное влияние фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида на степень снижения ночного САД и ДАД у пациентов с СД. Так, у пациенток в 1-й группе, у которых изначально отмечали недостаточное снижение АД в период сна (“non-dipper”), это проявилось повышением значений СИ САД (см. табл. 1). В аналогичной 3-й группе мужчин, у которых изначально также отмечали суточный профиль АД “non-dipper”, прием данного препарата характеризовался повышением значений СИ САД. В то же время применение фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида не изменяло нормальный суточный профиль АД (“dipper”) у больных 2-й и 4-й групп (с ГБ, ожирением и НТГ). Таким образом, препарат эффективно снижал уровни САД и ДАД в дневное и ночное время в группах обследования и позитивно влиял на показатели суточного мониторирования АД.

Следующим этапом работы была попытка выяснения причин установленных различий степени гемодинамических ответов в зависимости от пола, степени ожирения и уровней метаболически активного гормона жировой ткани – лептина. Уровни лептина при существовании гендерных отличий, представленных в нормативных характеристиках, тем не менее, увеличиваются с ростом избыточной массы тела, как у женщин, так и у мужчин, достигая максимальных значений у пациентов с ожирением II степени независимо от пола пациентов (табл. 3, 4).

Таблица 3 Уровни лептина у женщин с метаболическим синдромом в зависимости от степени ожирения

Примечание. Различия показателей достоверны по сравнению с таковыми у пациентов: * – с избыточной массой тела; ° – с ожирением I степени (P<0,01). То же в табл. 4. ОТ – объем талии.

Таблица 4 Уровни лептина у мужчин с метаболическим синдромом в зависимости от степени ожирения

 
Однако при сопоставлении уровня гормона жировой ткани у обследованных четырех клинических групп, получавших антигипертензивную терапию фиксированной низкодозовой комбинацией периндоприла и индапамида, нами установлен интересный факт. У мужчин, у которых уровни лептина, имели значительно более низкие абсолютные значения, отражавшие реакцию имевшейся в организме жировой ткани, не наблюдали существенных различий данного показателя между группами в зависимости от имевшихся нарушений углеводного обмена (табл. 5, 6).

Таблица 5 Уровни лептина у женщин с метаболическим синдромом в зависимости от нарушений углеводного обмена

Примечание. Различия показателей достоверны по сравнению с таковыми: * – в норме; ° – у пациентов 1-й группы (P<0,01).

Таблица 6 Уровни лептина у мужчин с метаболическим синдромом в зависимости от нарушений углеводного обмена

Примечание. Различия показателей достоверны по сравнению с таковыми: * – в норме; ° – у пациентов 3-й группы (P<0,01).

В то же время у женщин установлены достоверные отличия уровней лептина у больных 1-й и 2-й групп, причем наряду с кажущимся паралеллизмом увеличения уровня лептина с тенденцией к росту массы тела, определяемой по ИМТ, у пациенток 1-й группы достоверно превалировали признаки абдоминального ожирения (Р<0,01), определяемые по объему талии (ОТ). Следовательно, у пациенток 1-й группы регистрировали более низкие уровни лептина при наличии трансформации “гиноидного” типа ожирения по женскому типу в мужской “андроидный” тип, для которого характерно отложение жировой ткани в области талии. Причина этих изменений полностью выплывает из анализа гинекологического статуса пациенток, в соответствии с которым в 1-й группе у 87,5 % больных констатировали период постменопаузы и только у 12,5 % – период пременопаузы; в то время как во 2-й группе только у 22,3 % пациенток констатировали период постменопаузы и у 77,3 % – период пременопаузы. Как известно, андрогены обладают угнетающим действием на уровень циркулирующего в крови лептина, с чем, собственно, и связаны исходно более низкие его нормативные уровни в мужской популяции.

Женский организм содержит в процентном отношении большее количество жировой ткани, что обусловлено эволюционно сформировавшимся фенотипом, предназначенным для осуществления детородной функции, и “застрахован” такими энергетическими депо на случай возможного голода. В то же время, в период менопаузальных изменений формирующийся дефицит эстрогенов и относительная гиперандрогенемия способствуют формированию ожирения по мужскому типу на фоне более низких характеристик гормона жировой ткани. Но сохраняющееся в организме женщин большее по сравнению с таковым у мужчин относительное количество жировой ткани как раз и служит тем субстратом для формирования АГ в условиях большей гиперволемии и солечувствительности, а также более высокого уровня общего периферического сопротивления сосудов, свойственным женщинам с ГБ на фоне избыточной массы тела в период половой инволюции. Воздействием фиксированной низкодозовой комбинацией именно на эти проявляющиеся в женском контингенте больных основные патофизиологические механизмы АГ – натрий-объемзависимый механизм и дисбаланс ренин-ангиотензин-альдостероновой системы – и объясняется полученный преимущественный антигипертензивный эффект в женских группах.

Следует отметить, что на фоне приема фиксированной низкодозовой комбинации в вышеуказанной дозе ни у одного больного не наблюдалось серьезных побочных реакций, повлекших за собой отмену препарата, что свидетельствует о безопасности его использования у больных с мягкой и умеренной АГ на фоне метаболического синдрома.

Выводы

1. Фиксированная низкодозовая комбинация периндоприла и индапамида эффективно снижает уровни офисного артериального давления у больных с мягкой и умеренной артериальной гипертензией на фоне метаболического синдрома, а также способствует оптимизации уровней и профиля артериального давления в течение 3 мес по данным суточного мониторирования.
2. У женщин с метаболическим синдромом фиксированная низкодозовая комбинация периндоприла и индапамида обладает более выраженным антигипертензивным эффектом по сравнению с таковым у мужчин, что обусловлено патофизиологическими особенностями формирования артериальной гипертензии у женщин с избыточной массой тела.
3. У больных с мягкой и умеренной артериальной гипертензией на фоне сахарного диабета необходим более частый врачебный контроль за эффективностью антигипертензивной терапии с учетом возможного негативного влияния дестабилизации углеводного обмена на результаты курсовой терапии.
4. Антигипертензивный эффект фиксированной низкодозовой комбинации периндоприла и индапамида не сопровождался развитием серьезных побочных эффектов и продемонстрировал высокую безопасность лечения на протяжении 3 мес монотерапии у больных с мягкой и умеренной артериальной гипертензией на фоне метаболического синдрома.

1. Благосклонная Я.В., Шляхто Е.В., Красильникова Е.И. Метаболический сердечно-сосудистый синдром // Рос. мед. журн. – 2001. – № 9 (2). – Р. 67-71.
2. Бутрова С.А. Метаболический синдром: патогенез, клиника, диагностика, подходы к лечению // Рос. мед. журн. – 2001. – № 2. – Р. 56-61.
3. Мітченко О.І. Менопаузальний метаболічний синдром // Нова медицина. – 2005. – № 4. – Р. 18-23.
4. Мітченко О.І. Патогенетичні основи метаболічного синдрому // Нова медицина. – 2004. – № 4. – Р. 20-24.
5. Чазова И.Е., Мычка В.Б. Метаболический синдром // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. – 2003. – Vol. 3. – P. 32-38.
6. Castaigne A., Chalmers J., Morgan T. et al. Efficacy and safety of an oral fixed low-dose perindopril 2 mg/indapamid 0,625 mg combination: a randomized, double-blind, placebo-controlled study in elderly patients with mild-to-moderate hypertension // Clin. Exper. Hypertension. – 1999. – Vol. 21, № 7. – P. 1097–1110.
7. Chalmers J., Castaigne A., Morgan T., Chastang C. Long-term efficacy of a new fixed very low-dose angiotensin-converting enzyme inhibitor/diuretic combination as first line therapy in elderly hypertensive patients // J. Hypertension. – 2000. – Vol. 18. – P. 327-337.
8. Chanudet X., Champvallins M. De Antihypertensive efficacy and tolerability of low-dose perindopril/indapamide combination compared with losatran in the treatment of essential hypertension // Int. J. Clin. Pract. – 2001. – Vol. 55, № 4. – Р. 233-239.
9. Dagenais G.R., Yi Q., Mann J. et al. Prognostic Impact of body weight and abdominal obesity in women and men with cardiovascular disease // Amer. Heart J. – 2005. – Vol. 149. – P. 54-60.
10. Executive Summary of the third report of the National Cholesterol Education Program (NCEP) Expert Panel on Detection, Evaluation and Treatment of High Blood Cholesterol in Adults (Adult Treatment Panel III) // JAMA. – 2001. – Vol. 285. – P. 2486-2497.
11. Kannel W.B., McGee D.L. Diabetes and glucose intolerance as risk factors for cardiovascular disease: the Framingham study // Diabetes Care. – 1979. – 2: 120–6.
12. Mallion J.M., Chastang C., Unger P. Efficacy and safety of a fixed low-dose perindopril/indapamide combination in essential hypertension; a randomised controlled study // Clin. Exp. Hypertension. – 2000. – Vol. 22. – P. 23-32.
13. Mallion J.M., Gaudemaris R.D. et al. Day and night blood pressure values in normotensive and essential hypertensive subjects assessed by twenty-four-hour ambulatory monitoring // J. Hypertension. – 1990. – Vol. 8. – P. 49-55.
14. McClennan K.H., Markham A. Perindopril 2 mg/Indapamide 0,625 mg fixed low-dose combination // Drugs. – 1999. – Vol. 58, № 2. – P. 297-302.
15. McFarlane S.I., Castro J., Kaur J. et al. Control of blood pressure and other cardiovascular risk risk factors at diabetes practice setting: outcomes of care provided to diabetic women compared to men // J. Clin. Hypertension. – 2005. – Vol. 7, № 2. – P. 73-80.
16. Myers M.G., Asmar R., Leenen F.H., Safar M. Fixed low-dose combination therapy in hypertension – a dose response study of perindopril and indapamid // J. Hypertension. – 2000. – Vol. 18. – P. 317-325.
17. Rapelli A. Hypertension and obesity in menopause // J. Hypertension. – 2002. – Vol. 20. – P. 26-28.
18. Reaven G.M., Reaven E.P. Age, glucose intolerance, and non-insulin-dependant diabetes mellitus // J. Amer. Geriatr. Soc. – 1985. – Vol. 33. – P. 286-290.
19. Reckelhoff J., Fortepiani A. Novel mechanisms responsible for postmenopausal hypertension // Hypertension. – 2004. – Vol. 43. – P. 918-923.

Application of low-dose perindopril/indapamide combination in treatment of hypertension in patients with metabolic syndrome

E.I. Mitchenko, V.Yu. Romanov

The estimation of clinical efficiency and pharmacological properties of low-dose perindopril/indapamide combination was сarried out in 30 patients with hypertensiоn and metabolic syndrome (17 women and 13 men). Efficiency and safety was determined after 3-month treatment. A starting dosage was changed in 7–10 days in case target levels of blood pressure (BP) were not achieved. In 73 % of patients an effective control of BP was achieved and maintained in a dosage of 1 tablet daily. High safety and antihypertensive efficiency of 3-month treatment with low dose perindopril/indapamide combination, with decreased levels of office BP, as well as levels and structure of BP according to daily monitoring were shown. The levels of BP were reduced more in women than in men. The necessity of more careful monitoring of antihypertensive efficiency was revealed in patients with type II diabetes, compared to patients without diabetes, for prevention of negative influence of destabilisation of carbohydrate disorders on results of antihypertensive therapy.